— Я прекрасно понимаю, о чем ты говоришь, — сказал я, устраиваясь поудобнее в кресле, чтобы поболтать в приятной обстановке. — Вот послушай, я тебе сейчас расскажу кое-что. Сам видел сегодня на почте. — Я быстро, но в подробностях описал Тревору сцену, произошедшую между Самантой Стивенс и Эбигейл Уинтертон. Он рассмеялся, выпуская изо рта дым.

— Эбигейл — весьма неприятная старая сплетница, — сказал он. — Хотя могла бы уже и успокоиться, учитывая все, что Прунелла Блитерингтон проделала с ней за эти годы. Но ей все мало. В один прекрасный день всемогущая миссис Стивенс покажет ей, что к чему, и бедная Эбигейл может уже и не оправиться.

— А что это за история — несчастный случай, что приключился с мистером Стивенсом? — спросил я.

Тревор пожал плечами:

— А кто его знает? Он ведь, пожалуй, лет на тридцать старше жены, и нельзя сказать, чтобы здоровье у него было идеальным. Но он все храбрится, пытается выглядеть настоящим мачо, летает на дельтаплане, прыгает с моста на эластичном тросе… когда-нибудь это точно сведет его в могилу. Хотя мне почему-то кажется, что миссис Стивенс недолго будет носить траур. Более того, я не удивлюсь, если она и толкает его на эти безумства.

— Звучит, как сюжет для хорошего английского детектива, — заметил я.

— Тебе виднее, — сказал Тревор. — Поживешь немного в Снаппертон-Мамсли, и не на один детектив наберешь историй.

— Не говоря уж о любовных романах, — нагло заявил я.

Тревор вновь рассмеялся — звук, который я уже успел полюбить, — и тут зазвонил телефон. Так что ответить мне он не успел, потому как взял трубку, предварительно бросив на меня извиняющийся взгляд.

— Доброе утро, — мягко сказал он. — Книжный магазин Чейза.

В трубке раздался пронзительный крик. Свет в глазах Тревора погас, и он немного отвернулся от меня. Я поднялся, намереваясь уйти из комнаты, но он сделал мне жест остаться.