Чья-то рука вцепилась в мое плечо, другая рука выбила пистолет. И чей-то голос сказал:

- Уважаемый покупатель! Сработало предохранительное устройство. Действия уважаемого покупателя смертельно опасны.

Я обернулся, а доктор Гольдштейн проследовал мимо, не обратив на меня ни малейшего внимания. Передо мной стоял молодой человек, больше, впрочем, похожий на манекен в магазине готового платья.

- Что, черт возьми... - начал я.

Молодой человек улыбнулся приклеенной улыбкой, поднял пистолет и протянул его мне со словами:

- Уважаемый покупатель не должен мешать Баруху Гольдштейну, потому что в противном случае уважаемый покупатель погибнет, что не допускается инструкцией по безопасности использования Смесителя времени.

Что я должен был делать? Застрелить представителя фирмы, а потом броситься догонять доктора? У меня хватило ума понять, что это ничего не изменит. Явится другой представитель и вернет меня в 2029 год.

- Послушай, - сказал я убедительно, - я понимаю, что убивать плохо. Но Гольдштейна все равно убьют через полчаса. А перед этим он положит тридцать арабов. А потом арабы положат десятки евреев. И мировая пресса будет называть израильтян убийцами невинных. Это нам надо? Будь другом, отойди с дороги.

Молодой человек посмотрел вслед Гольдштейну, будто сопоставляя мой прогноз с собственным впечатлением, покачал головой и сказал:

- Инструкция по безопасности использования Смесителя разрешает любые действия в истории, если они не угрожают жизни уважаемого покупателя.

- Но мне-то что угрожает? - искренне удивился я.

- Согласно программе инструктажа, - ответил представитель фирмы, - я продемонстрирую тебе следствия задуманного тобой поступка...

Время скачком сместилось назад, я вышел из своего укрытия, а доктор Гольдштейн метрах в трех впереди меня размеренным шагом шел выполнять свою мицву как он ее понимал. Я навинтил глушитель и обошел Гольдштейна справа. Встал перед ним, поднял пистолет и, когда доктор, наконец, заметил меня и удивленно посмотрел мне в глаза, я нажал на спуск.