— Возвращение в «Дарлбрук» — это последний шаг в моей психологической реабилитации, — сказал он. — До сих пор я не очень-то справлялся с собой. Сейчас вдруг наорал на сына Лэндберга. Оказывается, мне все еще трудновато переносить шуточки насчет моего несчастья.

— Могу вас понять, — сказал я.

— Мне нужно извиниться перед мальчуганом, а потом я намерен крепко выпить. Не хотите пойти со мной?

— Меня устраивает любой предлог для выпивки, — сказал я.

Мы вышли из номера и спустились в вестибюль. Питер сразу направился к стойке, из-за которой молодой Лэндберг мрачно наблюдал за его приближением. Питер остановился у стойки и закурил, после чего мягко улыбнулся парню.

— Что-то я подзабыл, как тебя зовут, — сказал он.

— Ричард, — сказал юноша.

— Тебя называют Дик?

— Большинство называют меня Ричем… сэр.

— Я должен извиниться перед тобой, Рич. — Питер глубоко затянулся сигаретой. — Оттого, что мне приходится ковылять на этой проклятой искусственной ноге, я иногда становлюсь ворчливым идиотом. К тому же я здорово устал да еще чуть не поскользнулся и не рухнул в сугроб перед самым входом.

Могу сказать, что он заставлял себя говорить небрежно о своей ноге. Это было похоже на упражнение в самодисциплине.

— Мы можем с тобой забыть об этом инциденте и начать наше знакомство с чистого листа?

— Конечно! — с посветлевшим лицом сказал Рич. — Могу я что-нибудь сделать для вас, сэр?

— Можешь называть меня просто Питер. А твоя мать здесь? Я еще не поздоровался с ней.

— Сегодня она себя неважно чувствует, сэр… то есть, Питер. И ушла к себе сразу после обеда.

— Передай ей привет и скажи, что буду рад увидеться с ней завтра утром, — сказал Питер. — Ты участвуешь в завтрашнем соревновании по прыжкам с трамплина?

— Мне пока за ними не угнаться, — смущенно признался Рич. — Ведь сюда съехались лучшие спортсмены со всей страны.

— А я никогда и не был особенным специалистом по прыжкам, — сказал Питер. — Даже когда еще не обзавелся этим превосходным механизмом. — Он небрежно хлопнул себя по правому бедру. Затем обернулся ко мне: — Пойдем, Джим, посмотрим, можно ли пить виски в этом баре.