Прежняя упорядоченность существования больше не наблюдалась, но вместе с тем новые стандарты жизни еще не обрели выраженных форм. И невольно создавалось ощущение, что все с безумной скоростью стремятся к некоей пропасти. Питер написал несколько статей на эту тему и, к своему удивлению, увидел их напечатанными в "Нью-Йоркере", "Атлантике" и в ежеквартальном обозрении периодики Западного побережья. Как-то за завтраком с отцом в Йельском клубе, куда он от случая к случаю заходил, к Питеру обратился старый товарищ по колледжу Фрэнк Девери с предложением написать несколько статей для еженедельного информационного журнала. Вот так, безо всякого серьезного стремления к этому, Питер стал известным автором статей на самые разные темы - от политики до соревнований горнолыжников. Именно находясь в командировке по проблемам развития горнолыжного спорта, Питер впервые открыл для себя "Логово Дарлбрук". Позже он полюбил приезжать в Вермонт каждую зиму, подружился с Лэндбергами и сам стал великолепным горнолыжником.

Таким образом пролетело еще десять лет. Питер приобрел известность как один из самых популярных репортеров нашего времени, его общественное положение упрочилось, доходы возросли в три раза.

В феврале 1963 года он находился всего в нескольких мгновениях от гибели, хотя и не подозревал об этом. Он собирался провести уик-энд в "Дарлбруке" и зашел в Йельский клуб повидаться с отцом накануне отъезда. Герберта Стайлса он застал в плачевном состоянии. Это был уже дряхлый старик, страдающий от непроходящего похмелья. Поддавшись импульсу, Питер предложил отцу провести выходные вместе в "Дарлбруке". Чистый свежий воздух пойдет ему на пользу, а Питер постарается держать его подальше от выпивки. Герберт, у которого не было ни малейшего желания покидать свой клуб, согласился только потому, что не имел сил сопротивляться.

Уик-энд оказался пропащим. За пару дней невозможно было изменить Герберта. Запретить ему спиртное означало ввергнуть его в состояние вечно ноющего попрошайки.