Дым по-прежнему вел меня, и скоро я увидел маленькую, скрытую скалой площадку. На ней, так же как вчера, суетилась человеческая фигурка. Рядом пушистые клубки на снегу — собаки и еще что-то темное и неподвижное, названия чего я не знал. А в центре лагеря источник дыма — огонь. Значит, еще не ушли и буран не испугал их.

Прижимаясь животом и стараясь держаться подветренной стороны, я подобрался ближе. Явственней запахло собаками, мокрой кожей, дымом и еще чем-то таким, отчего я почувствовал необъяснимое волнение и тревогу. Самое лучшее, что сейчас можно сделать, — уйти. Но любопытство пересилило страх. Я подкрался еще ближе, зная, что моя белая шерсть отлично сливается со снегом. Теперь площадка была совсем рядом.

Собаки, не чувствуя меня, грызлись из-за места у костра. Человек в странной одежде (едва не подумал — шкуре!) из меха сосредоточенно разбивал куски дерева. Я подполз еще и увидел на снегу ужасный, отлично знакомый предмет — ружье. Издавая отвратительный запах металла, оно стояло, прислоненное к сложенным в горку деревяшкам. Я едва сдержал подкатывающее к горлу рычание, вспомнив острую боль и оглушительный гром. Вспомнил, как позорно удирал, перепуганный до смерти, оставляя на земле пятна крови. Как болела передняя лапа и как долго она заживала.

Человек вдруг выпрямился, навстречу ему из палатки вышел второй. Он что-то сказал, и я навострил уши.

— Доброе утро, Стив.

— Доброе. Вы еще не передумали идти в горы сегодня? Могут быть лавины.

— Нет, — беспечно отозвался второй, присаживаясь у костра. — Все же хочу попробовать.

— Не понимаю я вас, Полл. Что вам в этих горах? Вы же не охотник. — Человек, названный Стивом, подвесил над огнем котелок, наполненный снегом.

— А вы все еще не оставили надежду поймать тигра? — спросил Полл с улыбкой.

— А вы все еще считаете это выдумкой? Я видел его собственными глазами, вот как вас — огромный зверь чисто—белого цвета.