— Он меня из деревни родной выкрал, — глядя в пол, проговорила женщина. — Я замуж собиралась. Он пришёл путником, мы ночевать пустили… А он меня на коня, ну и…

— Во как, — удивился Трой и захохотал. Женщина вскинула на него изумлённый, почти обиженный взгляд. Конечно, ей не понять, а вот Трой не мог себе представить эту старую скотину — да влюбившейся без памяти. Надо же, развезло-то как Вонгерда на старости лет. А может… может, он просто уже тогда решил, что схоронится в этих местах, и ему понадобилась прислуга? От этой мысли Трой перестал смеяться. Да, наверное, так и было. Ты не просто так оказался здесь, Вонгерд. Ты прятался от меня. Как таракан, который, одурев от страха перед хозяйской метлой, забивается в щель. Ты боялся меня. Всегда боялся. Но в конце концов решился таки принять бой. И за это я не могу тебя не уважать.

Он взглянул на женщину, напряжённо изучавшую его лицо. Спросил:

— И долго ты с ним прожила?

— Год. Больше уже.

— Что же суженый твой не явился тебе на выручку?

Её лицо дёрнулась — как-то всё разом, будто кто-то оттуда, изнутри, пытался сорвать с него маску. Ага, видать, сама тем же вопросом всё это время задавалась.

— Что за деревня-то?

— Аренкойто… это… посёлок… милях в двух отсюда, к северу.

Теперь уже Трою расхотелось смеяться совсем.

— Был, — сказал он.

— Что?

— Посёлок твой — был. Нет его давно.

— К-как нет? — выдавила она и заморгала — ну дура дурой.

— Миновал я его, когда шёл сюда. Там…