
В общем, появилось вновь множество вопросов, да таких, которые не терпели отсрочки.
«Рембыттехника» в субботу работала до 18.00. Ермаков посмотрел на часы — время еще было.
Суббота. 18.30
Уставший и голодный, Волин забежал в отдел милиции, чтобы встретиться с Ермаковым, узнать новости и рассказать свои. Но едва он вошел в помещение, как услышал голос участкового инспектора:
— Алексей Петрович, мы вас ожидаем.
И тут же из-за спины смущенного инспектора выступила полная краснощекая женщина.
— Это вас я полных два часа дожидаюсь? — Голос женщины соответствовал ее габаритам и звучал особенно громогласно в пустом гулком коридоре. — Этот вот, — женщина, не оборачиваясь, указала пальцем через плечо, где участковый инспектор только разводил руками, — этот, — повторила она, — меня на полчаса сюда привез, а я уж и ждать устала. Нету у вас таких правов, чтоб меня здесь держать, — гремела она, наступая на Волина.
«Иванова, — догадался капитан, — та, что Печказовым звонила».
Он миролюбиво извинился, женщина буркнула в ответ:
— Да ладно, — поутихла и вошла в кабинет, не ожидая приглашения.
— Зачем вызывали? — в упор, без предисловий сурово спросила она. И заметно поскучнела, услышав, что от нее требуется.
— Что с того, ну и звонила. Это когда было.
— Скажите, а для чего вы звонили Печказовой?
— Как для чего? — Иванова оживилась. — Он, Печказов этот, козел старый, девку купил и крутил с ней любовь среди бела дня. Срамота! Хорошо ли это? И мне моя совесть не позволила мимо этакого пройти. Вот и звонила! — Довольная своим объяснением, женщина победно глянула на Волина.
— Конечно, это нехорошо, — серьезно ответил он. — Однако я вас не об этом спрашиваю. Вы откуда Печказовых знаете?
