Но так – даже интересней. Когда ты один, то всегда можешь выбрать для себя из множества вариантов, подобрать самый удобный и действовать. Это не поможет, если тебя схватит за руку человек, у которого есть другое видение по теме (и не дай тебе бог сказать Василиску, что о пользе жвачки только вчера говорили в рекламе!). Или, возьмем правила дорожного движения.

В школе говорят, найдите пешеходный переход, лучше со светофором. В школе говорят, дождитесь зеленого. Посмотрите налево. Направо. Только потом идите. Зачем?

Если по телевизору только и делают, что показывают, как гаишники наказывают водителей за то, что они не пропустили пешехода? Их мнение значительно лучше. Верить ему – удобнее, потому что не надо идти лишние сто метров до светофора, когда перебежать дорогу можно и здесь.

Но в данном случае Хаммер не собирался пользоваться ни первым мнением, ни вторым. Четырнадцать, это тот возраст, когда мужчина должен показывать силу. Отец в последнее время стал все больше заниматься воспитанием сына. Наверное, решил, что мужика может воспитать только мужик. Да какое «наверное», если он повторяет это матери почти каждый день.

И Хаммер ему верит, потому что в этом вопросе удобней верить отцу. Потому что Хаммером приятели его назвали именно после того, как он использовал пару советов отца и разобрался с излишне ретивым парнишкой из параллельного. Хорошо разобрался, грамотно. Залетел в раздевалку после их физкультуры, и вдарил ему без разговоров. Без разборок. Потом сказал кое-что, и добавил. И никто не кинулся защищать одноклассника, потому что никто не был готов. Все они в трусах стояли, какое там геройство?

Они попытались мстить, потом. В тот же день, но после уроков. Слишком поздно. Когда слух об его победе разошелся по школе. И одна из бригад постарше взяла его под крыло. Поэтому хамло из параллельного утерлось.