Свет вернулся к окну. Поднялись новые крики.

Вольф пробовал разные комбинации кнопок. Третья попытка казалась дупликатом того, что произвел юноша на вершине поганкообразного валуна.

Фонарик просунули в разбитое окно. Глухой голос прорычал:

– Эй ты, там, выходи, или я буду стрелять!

Одновременно на стене появился зеленоватый свет, прорвался и выплавил дыру. Сквозь нее сияла луна. Деревья и валун были видимы только как силуэты на фоне зеленовато-серебрянного излучения от огромного шара, у которого виден был только сегмент.

Он не стал задерживаться, он мог бы заколебаться, если бы оставался незамеченным, но теперь он знал, что должен бежать.

Другой мир предлагал неуверенность в будущем и опасность, но в этом ждал определенно неизбежный стыд и позор. Даже пока сторож повторял свои требования, Вольф оставил его и свой мир позади. Ему пришлось нагнуться и высоко шагнуть, перебираясь через съеживавшуюся дыру. Когда он обернулся на другой стороне бросить последний взгляд, то смотрел сквозь отверстие не большее, чем корабельный иллюминатор. Через несколько секунд оно исчезло.

Глава 2

Вольф присел на траву отдохнуть, пока не перестанет дышать так тяжело.

Он подумал, какой иронией судьбы было бы, если бы волнение оказалось слишком велико для его шестидесятилетнего старого сердца. Умер до оказания помощи. УДОП.

Они – кто бы они ни были – вынуждены будут похоронить его и написать на могиле: «НЕИЗВЕСТНЫЙ ЗЕМЛЯНИН».

Тут он почувствовал себя лучше.

Он даже засмеялся, поднимаясь на ноги.

С некоторой смелостью и уверенностью он огляделся вокруг.

Воздух был достаточно комфортабельным, около семидесяти градусов, как он прикинул. Он нес странные и очень приятные, почти фруктовые ароматы. Повсюду вокруг него кричали птицы – он надеялся, что это были только они. Где-то далеко звучал тихий рев, но он не был испуган. Он был уверен, без всякого разумного основания для уверенности, что это был приглушенный растоянием грохот прибоя. Луна была полная и огромная, в два с половиной раза больше земной.