Майк сейчас управлял минироботом-зондом. Тот был похож на улитку с длинным хвостиком. Хвостик-проводок заканчивался на пальце у Майка.

Улитка заползла в дыру и двинулась по трубе, прощупывая все вокруг ультразвуком и электрополями.

По СБС я стал получать картину зондирования.

К отстойнику подходили трубы, через которые протиснулась бы в лучшем случае худая крыса. Но выше цистерны было перекрытие и самый настоящий коридор.

— Будем пробивать здесь.— Майк показал на свод.

Мне эта задумка не шибко понравилось. Я ведь старый MUD-игрок и всякие там подземелья — это мой профиль.

— Здесь какой-то вид неустойчивый, рванем и нам на голову свалится десять тонн грунта. Потом мозги из трусов выгребай… Мне сдается, что лучше там,— я показал в противоположный угол.

— Я согласна с Димой,— Камински вдруг поддержала мое мнение.

— Да ради Бога,— отозвался Майк, демонстрируя, что ему все пофиг.— Особой разницы нет.

Я прилепил к своду батончик взрывчатки, затем воткнул в него иголку взрывателя и раздавил крохотную ампулку. Мы отгребли к другому концу цистерны, где было жижи по грудь. Через двадцать секунд рвануло, нам на голову свалилась увесистая решетка и всю цистерну затянуло гнусным удушливым дымом.

Из получившейся дыры сыпался грунт и щебень — со звуками противными, ну, прямо как из огромной задницы. Сыпался, валился и не собирался останавливаться. Уже наверное треть цистерны была им завалена. Жижи нам стало по горло.

— Ну что, морской глаз,— тявкнул Майк, впервые показав обиду,— ошибочка в расчетах?

Когда я готов был согласиться, излияние говна прекратилось. Мы выгребли из жижи и по насыпи рванули на выход. Если точнее, в образовавшийся лаз вначале послали сканирующего миниробота, а когда проверка показала отсутствие детекторов, тогда уже рванули.

И вскоре оказались в сумрачном коридоре. Это могло быть научно-производственным объектом корпорации “Юнилевер”.