Через полчаса в дверь постучался Майк -- вот те на, я уж думал, что все тут заперто и по коридору часовые строем вышагивают.

-- Дурь употребляешь?-- поинтересовался он.

Там, в роте, если бы ко мне малознакомый человек с таким бы предложением подвалил, я бы ему рожу начистил. А тут -- почему нет? Мы и так уже на дне стометровой ямы.

Майк выудил из кармана гильзу и папиросную бумагу.

-- Позволь, Дима, я скручу и тебе, рецепт фирменный.

Он умело насыпал крошево из гильзы в две бумажки, слепил самокрутки и мы закурили.

Похоже было на марихуану c добавкой синтетического гашиша <$F каннабинол>. Шит <$F жарг., папироса с наркотиком> оказался забористым. Майк вдруг стал зыбким, завибрировал, даже поплыл как-то. Может, это мимик-маска?

Я быстро проверил каналы СБС своего микрокомпи -- вроде все закрыты, хотя поди разберись. Ладно, будем считать, что это дурь подействовала.

-- Эй, Майк, ты чего поплыл?

-- Я поплыл?

-- Ну да, как туалетная бумага после того спустишь воду.

Стало смешно, Майк расплывался, уплощался, рвался, камера тоже будто проливалась слюнями. Все стало колебаться и рябить как морская поверхность при легком ветерке. Первое тошнотное ощущение прошло и стало ничего себе.

В комнату постучались.

-- Это кто?-- спросил я без особого интереса. Меня уже не очень интересовало и кто я сам такой.

-- А хоть товарищ Дао Цянь. Пусть заходит.-- отозвался Майк, у которого на роже намертво застыла улыбочка.

В каморке вместо вождя кунфушников товарища Дао Цяня появилась Камински -- она была в форменной майке, пятнистых армейских штанах и босоножках без задников. Лицо ее утратило-таки значительную часть зловещности.