— Что ж, это, по крайней мере, честно, — Грэм смотрит на ундину с какой-то новой симпатией, — Я тоже не скрываю, что заинтересован в поисках.

— Как и я, — подает голос Эврид.

— А что может быть нужно кентаврам? — удивляется Штред.

— Разумный и порядочный вождь! — фыркает Шета.

— Ни фига себе, теория заговора! — Рената аж вскакивает с места, — Вы чего, ребята, решили за счет Марты устроить каждый у себя маленькие локальные переворотики?! А вам не кажется, что она этого не заслуживает? Ладно, вы подставляете всех нас, но Марта-то при чем? Вы же ее в свои политические интриги втягиваете!

— Рената, успокойся, — я не могу не улыбаться глядя на ее искреннее возмущение, — О переворотах речь не идет. Постарайся понять Эврида и Арианну. Ведь если бы ты не пришла сюда, народу гномов грозил бы такой же кризис, как сейчас грозит ундинам.

— Слава богам, что хоть саламандрам никого там искать не нужно. А то Рен-Атар и меня бы объявила террористом! — хихикает Хандариф.

— Тебе бы все веселиться, Хан! Гектор, как ты не понимаешь! Я действительно была им нужна, и конунг был счастлив, когда я пришла сюда. Но Лилея-то не горит желанием возродить дар Жемчужницы. А новый вождь для кентавров — это-то уж точно переворот!

— Нет, Рен-Атар, это вы не понимаете, — спокойный, немного усталый голос Эврида заставляет гномку замолчать, — Кентаврам нужен вождь предреченный.

— Чего?!

— Вы, наверное, уже знаете, что из всех магических искусств кентавры более всего сильны в целительстве и предсказаниях. Наши пророчества всегда сбываются. Правда, мы редко предсказываем что-то глобальное. Для этого нужен очень сильный дар. Три столетия назад жил пророк Летар. Тогда наш народ еще не существовал так обособленно и был значительно более уважаем, чем сейчас.