Мудрые вожди кентавров развивали наши способности и приветствовали обмен магией, опытом и товарами с другими волшебными народами. Летар был наделен не только могучим даром предсказаний, но был еще и сильным воином и мудрым правителем. Право стать вождем он получил в честном бою. Он был справедлив и не терпел лжецов. Не всем это нравилось. Когда пришел срок Игрищ Вождей, а они проводятся раз в десять лет, его вызвал на поединок Базион, потерпевший поражение от Летара на предыдущих Игрищах и не простивший ему это поражение. Базион знал, что в честном бою ему с Летаром не справиться, и отравил наконечник своего копья. Не то, чтобы это было против правил, но всегда унизительно для победителя. Это считается бесчестным. Ведь Игрища проводятся для того, чтобы выявить победителя, а не убить соперника. Умирая, Летар предрек, что среди кентавров не осталось больше достойных и лишь, если правитель придет из другого мира, он сможет объединить все кланы и вернуть наш народ к процветанию. Долгое время его предсмертные слова не считали пророчеством. Как и все, мы знали о том, что наши соплеменники живут в мире, с которым граничит Библиотека, но не предполагали, что проход однажды откроется снова. Тем не менее, народ кентавров стал угасать. Нас не стало меньше, но многие культурные ценности были утрачены, и кланы разделились и стали враждовать между собой, а вожди кентавров были не в силах это остановить. Когда пришла Марта, я сразу вспомнил слова Летара. А сегодня утром я имел глупость напомнить их Тиону. До следующих Игрищ Вождей осталось чуть больше года. Тион силен, и, на данный момент, у него нет достойных соперников среди других претендентов. Если из другого мира не придет более сильный воин, он останется вождем. Он сразу понял, что я считаю правильным привести вождя предреченного из другого мира, и что с Шетой я поделился своими мыслями. Он бы убил нас, если бы не защита Серебряной леди. Но у него хватает верных сторонников и, скорее всего, нас ожидал бы плен до конца жизни. Или он попытается убить Марту, что более вероятно. У эльфов она была бы в безопасности, но раз она решила иначе, я должен ее защищать.