Да! Шепотом рассказывали о том, другом человеке, лорде из западной долины, проведшем одну ночь в их крепости; он тогда сидел за столом на почетном месте справа от ее отца. Он — полукровка! Бриксия с торжеством вспомнила это слово. Один их тех, на кого народ Долин поглядывал искоса и с кем старался не иметь дела; один их тех, чей отец женился на странной женщине, из народа Древних, давно покинувшего Высший Халлак, ушедшего на север или запад, куда не пойдет ни один разумный человек. О полукровках всегда ходило много рассказов, считалось, что они обладают неведомыми способностями. Но отец открыто приветствовал этого незнакомого лорда и, казалось, гордился тем, что тот заночевал под его крышей.

Теперь она увидела, что между тем человеком, которого она вспомнила, и этим, в башне, есть разница.

Этот человек сделал несколько шагов, по-прежнему не поднимая головы, продолжая смотреть в землю. Лицо у него было странно пустым. Ни следа бороды (возможно, тоже влияние чужой крови), рот расслаблен, хотя подбородок решительный. Если бы не эта пустота, отсутствие выражения, его можно было бы назвать красивым.

Мальчик держал его за руку и вел вперед, а мужчина покорно шел, не поднимая головы. Подведя человека к груде камней, мальчик усадил его.

— Хорошее утро… — Бриксии показалось, что юноша говорит напряженно, слова произносит слишком быстро и громко. — Мы дома в Эггерсдейле, мой лорд. Это вправду Эггерсдейл. — Мальчик огляделся по сторонам, словно искал помощи.

— Яртар… — впервые заговорил мужчина. Он поднял голову, хотя лишенное выражения лицо не изменилось, и громко позвал: — Яртар…

— Яртар… умер, мой лорд. — Мальчик схватил человека за подбородок и повернул его лицом к себе. Мужчина не сопротивлялся, и Бриксия видела, что выражение его лица ничуть не изменилось, взгляд не оживился.

— Мы дома, мой лорд! — Мальчик схватил мужчину за плечи, потряс.