Бриксия старалась подавить свое воображение. Неправда, что она идет в толпе невидимых существ! Ничто не движется, кроме нее самой. Вздрагивая, но не от ночной прохлады, Бриксия прислонилась к камню высотой ей по плечо.

Пальцы коснулись выпуклости, впадины… Она повернула голову. Лицо!..

Какое волшебство позволило этой грубой резьбе выделиться, стать видимой в темноте, она не могла догадаться. Как будто ее прикосновение пробудило искру жизни в самом камне.

Лицо?.. Нет, ничего даже отдаленно человеческого не было в этой каменной маске. На Бриксию уставились огромные круглые глаза, и в каждом светилась искорка, точка зеленовато-белого цвета. Рот и нос были намечены лишь слегка, с каким-то дьявольски реалистическим искусством, широкий рот-пасть чуть приоткрылся, показав концы острых, длинных клыков.

Остальное… Бриксия, преодолев первый испуг и изумление, заставила себя смотреть… Она не позволит запугать себя… Остальное — всего лишь линии в камне… ничего больше… только глаза и рот. Наверное, тот, кто это сделал, рассчитывал на воображение зрителя, оно должно было восполнить недостающее. Стыдясь, что на нее подействовала эта уловка, Бриксия ударила копьем по камню и быстро пошла вперед, не обращая внимания на боль в ногах. Она не оглядывалась, не смотрела по сторонам, но ощущение, что за ней следят исподтишка, не оставляло ее.

Бриксия больше не сомневалась, что находится в одном из мест Древних. И это такое место, думала она, где вторжение людей не приветствуется. Это не убежище, как то место, куда ее привела Куниггод. Напротив. Тут, скорее, таилась угроза ее племени.

Узкая долина, насколько она могла судить, перешла в более широкую равнину. Девушка снова начала колебаться. Идти вперед ночью без проводника, наверное, глупо. Даже если те, кого она преследовала, и дальше шли втроем, — она все равно не видела никаких следов после спуска с лестницы. Но теперь по крайней мере жесткий гравий под ногами перемежался полосками травы.