У певца Разночинного с собой было аж три бутылки коньяка, у Васи – литровая бутылка водки, у непонятного Семена Семеновича – две поллитровки. К моменту посадки на острове четверо мужчин нарезались в хлам, бабка Варвара Ивановна захмелела после первой дозы коньяка и сладко похрапывала. Я тоже вздремнула, понимая, что сегодня мы спать ляжем поздно. Клавдия Степановна вела наставительную беседу с Аленой, убеждая теперь уже ее в необходимости законного брака, несмотря на то что Алена замужем один раз была. Вроде бы Клава раньше говорила про один обязательный брак и статус разведенной женщины считала нормальным. Или она после армянского коньячка сменила пластинку? Балерина беседовала с оператором, который сделал только один символический глоток за знакомство.
Глава 5
Посадка была мягкой, окружающий вид обалденный. Взлетно-посадочная полоса оказалась проложена вдоль кромки воды и с воздуха создавалось впечатление, что «Боинг» садится в море.
Все женщины и оператор вышли сами, мужчин фактически выгружали как багаж. Вася тут же заснул на посадочной полосе, подложив под голову ручную кладь. Семен Семенович с серьезным, смурным видом прохаживался взад и вперед вдоль самолета. Свитер он снял и остался в серой футболке. Роман Разночинный разделся по пояс и что-то запел, приплясывая. В руках у него появилась гитара, которая летела в задней части самолета. Кирилл, никого не стесняясь, помочился на колесо под вопли аборигенов. Это были невысокие худые люди со слегка приплюснутыми носами, смугловатой кожей и черными волосами, типичные жители сего региона.
Клавдия Степановна оглядывалась вокруг и сделала пару снимков «мыльницей». Алена закурила, балерина разминалась после долгого перелета, Варвара Ивановна молилась. Все дамы, включая меня, переоделись в летнее еще в салоне самолета.
Потом стали выгружать наш багаж и вместе с ним извлекли живого, но замерзшего китайца, который каким-то таинственным образом пробрался в багажный отсек.