Оказалось, заботливая Алёнка положила ежа на стул, но забыла предупредить об этом отца. Он, ничего не подозревая, уселся прямо на колючий подарок Алёниного возлюбленного.

Сестра прибежала из кухни, всё поняла и бросилась к своему ежу, закричав со слезами в голосе на отца:

- Ты раздавил моего ёжика!

Папа ничего не ответил. Он исполнял дикий танец, то хватаясь руками за штаны ниже спины, то шарил по спине. При этом он отчаянно прыгал, извивался и смешно дрыгал ногами.

Наконец папе удалось вытащить из брюк рубаху, и на ковёр выпал горячий пельмень, попавший за воротник.

На полу вперемешку лежали осколки тарелки и часть растоптанных пельменей. Остальные пельмени оказались прилипшими к потолку, а несколько штук попали в рожки люстры.

Папа, прихрамывая на обе ноги, подошёл и уставился на своего обидчика. Ежишка на руках у Алёны успокоился. Он даже высунул из густых колючек чёрный носик, которым очень смешно дёргал.

Папа протянул руку. Ёж тут же убрал нос, фыркнул и резко надулся, ткнув колючками папу в ладонь.

- Вот уж никогда не думал, что ежи - дикие животные, - проворчал папа, отдёргивая руку. - Будут меня сегодня кормить?

Он пошёл к столу и сел. И тут же опять встал и брезгливо оглянулся. Ёжик, когда на него сел папа, наверное, от испуга сделал на стуле лужу.

- Немедленно уносите это невоспитанное животное! - воскликнул пострадавший папа и пошёл в ванную, принять душ и переодеться.

Никакие Алёнкины уговоры оставить ежа не помогли. Папа был неприступен, как Эверест, суров, как комиссар Каттани и зол, как голодный тигр.

Алёна позвонила своему возлюбленному. К телефону подошла его мама, и когда услышала о еже, с ней что-то случилось. Когда она перестала икать, сразу же очень решительно заявила, что ка-те-го-ри-чес-ки не желает видеть в доме это колючее существо. Оказывается, заботливый Серёжка уложил ежа в мамину кровать, а тот залез в наволочку.