– И что? – полюбопытствовал Ивар.

– А ничего, – ответил Нереид, – дождались, пока бритты убрались восвояси, и к берегу пристали, чтобы погибших похоронить как следует. Слоняемся по месту боя, горючими слезами заливаемся… – Тут Ивар не вовремя хмыкнул: в описании горя рассказчик явно перегнул палку – представить суровых викингов с заплаканными рожами было так же сложно, как волка, жующего солому. – А Вемунд на том же месте лежит и вроде как похрапывает…

Нерейд выдержал положенную паузу, а затем продолжил:

– Подошел я к нему, пнул слегка, а он глаза раскрывает, пялится на меня и спрашивает: что, мол, завтрак готов? Я сначала сам чуть не помер – от смеха, а потом едва его не прирезал!

– Как же он выжил? – поинтересовался Ивар.

– А очень просто! – улыбнулся рыжий викинг. – Он так и не проснулся во время драки, а его храп бритты приняли за предсмертные хрипы, даже добивать не стали…

– Дуракам везет! – прокомментировал рассказ Арнвид. – И уж им-то ум точно ни к чему! Они и без него неплохо обходятся… А вот эрилю или конунгу он очень даже пригодится!

– Да ладно тебе! – вскинулся Нерейд. – Знаю я одного эриля, который прекрасно без разума обходится, а вот что до конунгов…

Их путь пролегал через негустые сосняки. В воздухе висел запах хвои, солнце протискивало сквозь ветви золотистые щупальца лучей. Стучали копыта, шумел бегущий неподалеку Гауль, а спутники Ивара ни на мгновение не прекращали шутливой перебранки.

Вечерело. Дорога пошла под уклон, а впереди, за холмами, поросшими лесом, открылась синяя ширь моря. Ивар ощутил, что сердце беспокойно задергалось. Лица коснулся соленый ветер, и сразу же захотелось оказаться там, посреди водного простора.

– Смотрю, волнуешься? – захихикал Арнвид.

Ивар утомленно кивнул.

Миновали Бюнес – довольно большое селение, расположенное чуть в стороне от Гауля, на самом берегу моря, и стук копыт рассыпался в мягком шорохе, с которым кони шли по серому песку. Но этот слабый звук заглушал грохот волн, неутомимо грызущих берег.