— Руднев-то вроде как ядку принял на грудь, — не согласился с Тимофеем командир Кондрат Рябов. — Тоже сам, что примечательно.
— Так ведь от страху, от страху же!
— Ну, ясное дело. Только, Тимоша, ты все же зря кипятишься. Нашу победу не один товарищ Альфа ковал. Это как бы во-первых…
— А во-вторых? — запальчиво выкрикнул Поликарпов и рванул с плеча импульсную винтовку. — Ты чего против товарища Альфы имеешь?!
— Да я ничего, — отмахнулся не испугавшийся Рябов. — Меня не товарищ Альфа, меня потеря темпа заботит…
— Чего-чего?
— Вот что мы тут топчемся? Надо оставшиеся базы «Беллоны» брать, корпорацию «Кольцо» за вымя щупать. А мы Луноград пасем. Где сейчас наш товарищ Альфа, почему не командует?
— Ну… — Тимофей замялся, потом быстро огляделся, мазнув взглядом по окрестным особнячкам, и вполголоса произнес: — А вдруг ранен он? Или яд у Руднева такой сильный оказался, что и товарищу Альфе досталось?
— Вот и я о том же, — вздохнул Рябов. — И чего тогда получается? Революция-то наша того… Без головы осталась?
— А товарищ Бета? Ну, товарищ Дементьев! Он что, будет сидеть, сложа руки? Да ни в жизнь! — горячо воскликнул Тимофей.
— Ну, товарищ Дементьев — ко-онечно! — согласно кивнул Рябов. — Этот спуску никому не даст. Тут уж будь спокойничек.
— Точно! — Тимофей вздохнул. — Эх, жаль, буржуи кончились. А то еще бы где-нибудь революцию устроили…
В этот момент товарищ Дементьев, находясь за десятки тысяч километров от Тимофея и Рябова, сидел именно что сложа руки. Сидел и смотрел на темный экран инфомонитора, по которому блуждал одинокий красный огонек скринсейвера.
Громада крейсера «Справедливый» медленно плыла по лунной орбите. Экипаж нес вахту, проводил приборку корабля, готовя его к новым походам. Запершись от всех в своей каюте, товарищ Дементьев проглядел сводки и рапорты, набросал проект первого декрета Временного правительства, а потом перешел к главной проблеме сегодняшнего дня. Перешел — и третий час кряду сидел без движения перед потухшим инфомонитором. Тишину нарушали лишь скребущиеся звуки, доносившиеся из клетки, подвешенной под низким потолком — археоптерикс Гриша, бывший питомец покойного Оберпротектора Колоний, поменял место жительства.