Пашка даже скрипнул зубами от жалости к себе: он сам виноват в том, что по мертвой птице, по мертвому ветру скользят теперь не его, а Виташины пятки.
Равнодушные пятки, которые даже не задумываются о том, что значит Такарабунэ!
- Ну, что там? - воззвал Пашка покровительственным голосом.
Ответа не последовало. И вообще, на яхте было подозрительно тихо. Ни шороха, ни звука шагов, ни обычного Виташиного посапывания.
- Ты где?!
И снова - никакого ответа.
По спине мальчика поползли мурашки.
Не такой уж ты храбрый, Павел Константинович, каким хочешь казаться. И почему ты решил, что "такарабунэ" - это птица?
Или - ветер? Или - ничем себя не запятнанное племя пигмеев? Быть может, "такарабунэ" - это ловушка! Для дурачков, которые беспечно позабыли о "летучих голландцах"! Для дурачков по имени Паша и Виташа!
- Эй! - снова крикнул Пашка. И не услышал своего голоса.
Почему же он все еще здесь, в проклятом эллинге, у проклятой яхты? Потому что скаут никогда не бросает друга в беде, вот почему!
Не такой уж Виташа друг, если разобраться, так, летний приятель от летней скуки, к тому же - нытик, каких мало. И бедоносец, как утверждает Пашкина бабка.
Но скаут никогда! Не бросает! В беде! Даже бедоносца и нытика!
Упиваясь так неожиданно прорезавшимся благородством, Пашка подтянул к себе лестницу. И почти тотчас же с сипом и воем ему на голову рухнул Виташа. Только чудом Пашка удержался на ногах, а Виташа...
- Там! - трясясь как осиновый лист, прошелестел он. - Там...
"Там" было что-то ужасное - хотя бы потому, что Виташу вырвало. Опорожнив желудок, он упал на четвереньки и пополз к спасительной щели, отделявшей склеп с яхтой от яркого июльского дня. По уму, Пашке следовало бы присоединиться к очумевшему приятелю и, уже находясь в безопасности, расспросить его обо всем. Но разве можно довольствоваться информацией из вторых рук? И потом ведь - яхта не сожрала Виташу, хотя могла бы. Она выплюнула его, живого и здорового, только слегка повредившегося в мозгах от страха. Значит, и с ним, Пашкой, ничего не случится. Не должно случиться. Не должно.