– Пара дней, и твоя посудина будет, как новенькая. Только за дюзы придется доплатить. Недешевое это дело.

– Запиши на счет. Едва Ной вышел в центральный коридор, как заверещал сигнал вызова.

– Да.

Лицо Цесс на крошечном экране выглядело безмятежно.

– С тобой хотят поговорить.

– Кто?

– Не знаю. Он говорит, что есть срочная работа. Готов платить.

– Платить – это хорошо. Он имя свое назвал?

– Коттон.

– Коттон…

– Он ждет в баре отеля.

– Что-нибудь еще?

Цесс покачала головой.

– Ладно, займи его. Я буду через пятнадцать минут.

Вбаре было почти пусто. Огромный бармен, похожий на каменного идола, смотрел телевизор. Одной рукой он облокотился на стойку, в другой неспешно перекатывались три металлических шарика. Поговаривали, что таким шариком он как-то пробил человека насквозь. Ной не видел этого, зато был свидетелем, как бармен выбрасывал из заведения Ежика: легко, без малейших усилий подняв того над полом одной рукой. Рикки был спокойным парнем, если его не доставать и вести себя прилично. Ной подошел к стойке.

– Привет.

Гигант повернулся.

– Привет, Ной. Занимаешься делами с утра пораньше?

– Бизнес.

– Да… Тот парень выглядит неважно.

– Ты его знаешь?

Рикки покачал головой.

– Впервые вижу. Думаю, он не с «Айса». Заказал «Млечный путь».

Этот коктейль спрашивали редко. Слишком дорогой и слишком изысканный. Местная публика предпочитала пойло попроще.

– Где он?

– В кабинете. Твоя девчонка тоже там.

Рикки наклонился над стойкой.

– Будь с ним поосторожней. Парень очень напряжен.

– Ладно. Скажи Рите, чтобы кофе принесла. Кабинет представлял собой герметичное убежище, устроенное в просторной нише в стене. Ной нажал потайную кнопку и вошел внутрь.

Человек, сидящий напротив Цесс, выглядел испуганным, но держал себя в руках. На вид ему было лет сорок. Костюм, нарочито простой, выбранный специально для того, чтобы не привлекать внимания к владельцу; маленькие очки в тонкой черной оправе; безукоризненно чистые волосы; ухоженные ногти – все это Ной отметил в первые же секунды, еще до того, как сел за стол. Этот человек, Коттон, явно привык вращаться в других кругах. Привести его в бар «Комонавта» могло только что-то исключительное.