- Спортивный журналист должен быть по меньшей мере бывшим спортсменом, - сказал над ним насмешливый голос. На площадке стоял коренастый человек, лет тридцати, в плотном свитере, кожаных, брюках и босиком.

- Наверное, - сипло ответил Холин, - но тогда он слишком перегружен воспоминаниями...

Вблизи чемпион мира выглядел совсем не так грозно и эффектно, как на ковре. Даже знаменитая борода казалась только попыткой отлынить во время каникул от надоевшего бритья.

- Ну, чем обязан? - так же насмешливо спросил он уже в комнате, не приглашая Холина сесть. - Вряд ли вы узнаете от меня нечто экстраординарное! В истории спорта я не силен.

И здесь Холин по-настоящему обозлился.

- Знаете что, Берг, - посоветовал он, усаживаясь на диван возле самой стеклянной стенки, - вы бы тоже сели. У нас будет долгий разговор.

- Вряд ли, - чуть суше сказал Герман Берг. - Во-первых, мне удобнее стоять, у меня травма ребра. А во-вторых, через полтора часа я улетаю в Норвегию.

- Хорошо, - неторопливо отозвался Холин, сев поудобнее. - Вам будет о чем подумать в дороге. - Он расстегнул сумку, достал блокнот, щелкнул пряжкой. - Итак, начнем. Вы знаете, я не слишком давно увлекся панго. До того... - он сделал паузу и заглянул в блокнот, - мотокросс, прыжки с крыльями, дельтапланеризм, альпинизм, метание ядра, диска, копья, молота, подводное плавание... - он перечислял, одновременно исподтишка наблюдая за Бергом. Тот стоял, сложив руки на груди, и разминал крепкими пальцами трицепсы.

- О, да вы универсал, - сказал он. - Когда вы все успели?

- С помощью ИТЭМ это нетрудно - разумеется, не спорт, а его исследование, - Холин вытащил проектор, укрепил на краю дивана. Взгляните сюда, будьте любезны, - пригласил он Берга. - Вы ведь знаете этого человека?

- Да, - не сразу ответил тот. - Николай Дашевский. Ну и что?

- Он погиб шестьдесят три года назад при установлении рекорда на глубину погружения без акваланга. Тело не найдено. До того установил несколько мировых и континентальных рекордов в плавании и легкой атлетике.