— Сумок? — надеюсь, тетя не ограбила безутешных родственников погибшей?

— Ох, не спрашивай! В общем, в десять вечера, ладно?

— Л-ладно, — совсем сбитая с толку, согласилась я. Странно, что тетя просит меня идти по темным улицам так поздно. И вообще, тетя Поля так никогда не разговаривала, если она и просила о чем-то, то начинала все с «Соф, тащи свои ноги сюда! Помогать будешь!», а вовсе не с «деточки»… Впрочем, бодрый голос Польки ни с чьим другим не спутаешь.

— Где?

— На ипподроме.

— Хорошо, теть! Пока! — я нажала на кнопку и только тогда сообразила спросить: — А почему на ипподроме?

Но возможности перезвонить не было — сотовый, наконец, сообразил, что пострадал, и заглох. Я покрутила его в руках и поняла, что придется покупать новый.

— Меткий глаз, — отметила я исключительные способности Владимира и выкинула трубку в корзину для поломанных вещей. — Времени сейчас сколько?

— Три часа, — виновато откликнулся друг.

— Значит, так… В десять вечера надо Польку на ипподроме встретить, поэтому Веса с Ядвигой надо вернуть до девяти домой, — я взяла инициативу в свои руки и раскомандовалась. — Короче, буди их, и так они уж долго спят — не к добру это!

Мои предчувствия оправдались, и мы до шести вечера чистили комнату. Катька за это время раз десять смоталась к пропавшей без вести соседке и ворчливо предположила, что та коварно утонула в водке. Я, честно говоря, не особо удивлюсь, если так оно и есть — Муля Егоровна выпить всегда любила, у нас даже анекдот такой есть: «Трезвая Муля Егоровна», и означает он то же, что и «Колобок повесился».

— Выходит, — я раздраженно бросила в Муську, догрызавшую тапочек, мокрую тряпку, — что Володя остается дома в качестве няни.

— Почему я?! — искренне возмутился обреченный друг.

— Потому, Володя, — не мигнув, отрезала Катька. — Потому.

— Нечестно, — всхлипывая, поведал обиженный Штив, но спорить не стал. — И все-таки мне невдомек, почему это встреча именно на ипподроме! Впрочем, не так уж и далеко… Нет, девчонки, я, конечно, вас знаю, бандиты вам не страшны… Но все же опасно бродить по темным улицам так поздно…