Стенхоуп тут же опроверг ее предположения.

– Оставьте его Хором, – сказал он, – или, если хотите, я подберу имя для солиста, а остальные могут просто петь и танцевать. Но, боюсь, «Листья-Духи» заведут нас не туда.

– Тогда, может, «Хор Сил Природы»? – предложила Миртл, но Стенхоуп, улыбнувшись, ответил непонятно:

– Попробуйте лучше расположить к себе деревья, – и покачал головой.

– Между прочим, Хор-то какой – женский? – полюбопытствовал вдруг Прескотт.

– О да, мистер Прескотт, – отозвалась миссис Парри прежде, чем уразумела вопрос, а уразумев, добавила: – Я, по крайней мере, могу представить их только женщинами… Разве не так?

Видимо, жажда целостности заставила Аделу возразить:

– Мне они представляются недифференцированной сексуальной стихией.

Шепот Хью: «Не больно-то это интересно» девушка постаралась не услышать.

– Не могу сказать, что я подразумевал конкретно мужчин или женщин, – сказал Стенхоуп. – Я же говорил – это попытка представить иной способ существования. А вот что ему больше соответствует – мужчины или женщины – это действительно вопрос.

– Если они у нас будут листьями, – предложила мисс Фокс, – давайте и оденем их в огромные зеленые листья. Тогда никто не поймет, юбки они носят или брюки?

На миг стало тихо – присутствующие осмысливали неожиданное предложение – потом миссис Парри категорически заявила:

– Не думаю, что это пойдет.

А Хью Прескотт шепнул Аделе:

– Как тебе – Хор Фиговых Листьев?

– Почему бы не воспользоваться опытом старинных пантомим или музыкальных комедий и не одеть женский хор в изысканные мужские костюмы? – сказал Стенхоуп. – Шекспир так и делал при каждом удобном случае и, надо сказать, добивался удивительно глубокого воздействия. Вряд ли мы придумаем лучше. Мужские голоса вряд ли подойдут, разве что мальчишечьи, и женские платья тоже.