Они расчистили водосборник за полтора дня — но дождь пошёл только сейчас. И даже теперь к кораблю выстроилась очередь, потому что воды было ещё мало.

Людей стояло не больше полусотни — и они, казалось, совсем не замечали дождя. Стабилизаторы «Льва» защищали от струй с неба, но по дороге сюда ни один не попробовал чем-нибудь прикрыться, люди просто молча шли — кто с чем, большей частью с бочонками из-под искусственного мяса.

— Отче? — К Сагаре подошёл господин Ито с большой флягой в руках. Сагара пригласил его внутрь корабля, однако тот протестующее замотал головой и остался под аппарелью.

— Добрый вечер, — сказал Сагара, хотя они уже виделись и здоровались на службе.

— Вечер добрый. Вы сегодня спрашивали про мальчика, так? Маленького мальчика, за которым как будто гнался людоед?

— Или гнался, или они куда-то бежали вместе.

— Я тут немного поговорил с Энги, перекинулся словечком ещё кое с кем… Лет ему с шесть на вид, очень худой, но шустрый, да?

Сагара кивнул. Он уже расспросил Кинсби, пытаясь вытянуть из него малейшие детали.

— Этот мальчик — призрак, отче. Его видят — но никогда не могут к нему приблизиться. Подумайте сами: разве ребенок такого возраста мог выжить сам в руинах?

— Мы нашли у людоеда немного сифудо. Может быть, он подкармливал ребенка.

— Нет, — господин Ито протестующее покачал головой. — Нет! Знаете, что? Вода! Вы бы знали, как мы уродовались, пытаясь добыть хоть немножечко пресной воды! Оставляли разные вещи с вечера, чтоб облизать росу с утра, делали испаритель на солнечном тепле, выдавливали сок из водорослей… Малыш не мог бы этого сделать сам. Он — призрак, господин Сагара. Зачем людоеду подкармливать ребёнка? Он не брезговал костлявыми?