— Но где он сам брал воду?

— Ну… Он тоже мог выпаривать её на солнце или выдавливать из водорослей. Он же взрослый человек.

— Он мог точно также делиться водой с мальчиком.

— Нет. Нет!

Сагара не мог понять причин такого решительного возражения.

Староста немного ещё попереминался с ноги на ногу, а потом почти шёпотом сказал:

— Отпойте его.

— Что?

— Отслужите молебен или что-то такое. По всем погибшим детям этого несчастного города. Пусть эта маленькая душа успокоится и перестанет нас тревожить.

Не дожидаясь ответа, старик поковылял под дождём до палаточного городка, где жили остатки людей Сунагиси.

Сагара поднялся на аппарель — и увидел брата Томмигана, точнее — Томаса Монагана, старшего механика на «Льве»

— Куда-то собрались, брат?

— Да, отче, — сказал Томмиган. — Хочу немного побродить под дождём. Триста лет этого не делал. А ещё посмотрю в конце концов на город.

— У вас только полчаса, — прикинул Сагара. — Успеете лишь подняться на холм, и всё.

— Да знаю. Ничего, — Брат Томмиган махнул рукой.

Он спустился плавно — сторонний человек и не догадался бы, что брат Томмиган ходит на протезах. Уже внизу развернулся и сказал:

— Тот мальчик, отче… Простите, я случайно слышал ваш разговор… Так вот, мальчик — не привидение.

— Ты его видел?

— Так, несколько раз. Выходил купаться вечером, затемно. Не люблю, когда на меня таращатся, знаете… Потом немного сидел на берегу, играл на губной гармошке. Один раз видел ребенка — мальчика, на вид лет пять, может, меньше… Сидел на плитах, вот там, — брат Томмиган показал рукою на бывший причал. Слушал, как я играю.

— Ты не ошибся? Это правда был ребёнок?

— Да, я его видел, как вот вас. Он подошёл очень близко. Первый раз удрал, когда я перестал играть. Потом оставался — может, ждал, когда я снова начну.