— Прекрасный выбор! — согласился Хьюберт. — Споем?

Жутко стало, портится погода, Монстры наступают, сбор трубя. Но какого б мы ни встретили урода, Я не испугаюсь… за тебя.

— Давай! — заорал Гакс.

Бракс поспешно забил в барабан.

Гакс Унфуфаду, музыкальный критик, Не выносит такой нагрузки. Готов он всем оказать услугу — Порвать кое-кому голосовые связки!

Демон выпустил когти и со значением высморкался. Я подумал, что на сей раз Гакс был слишком близок к точной рифме.

— Что ж, вам известно, что мы думаем об этом, — бестрепетно ответил Хьюберт. — Давай, Барышня!

Эли запела:

Что за страшные повадки! Я скажу тебе, любя: «Рядом кто-то очень гадкий…

И они дружно указали на Гакса:

…Но мне не страшно за тебя!»

Гакс Унфуфаду злобно подпрыгивал, молотя кулаками воображаемого врага. На его физиономии застыла угрожающая гримаса. Похоже было, что на этот раз демон рассердился всерьез.

— Громче! — закричал он.

Бракс прибавил громкости.

— Проклятие! — Хендрик, отвлекшись от этого захватывающего представления, указал дубинкой на разоренный участок леса.

Как ни странно, туман, кажется, отступал. Неужели тот, кто нас поджидал среди поваленных деревьев, тоже разбирался в музыке? Или он к музыке нечувствителен? Как бы там ни было, туман отступил шагов на сто.

— Возможно, это ловушка… — предположил Хендрик.

— Ага. Это так же справедливо, как то, что у меня в Голоадии могут быть родственники, — заметил Снаркс. — У тебя, дорогой Хендрик, просто талант — подмечать очевидное!