Хендрик с важностью кивнул:
— Да, это мой дар.
Между тем барабанная дробь стала еще громче. Даже удивительно, сколько шума может наделать скромных размеров барабан. Демон опять заговорил:
Последняя строчка шедевра потонула в устрашающей буре чихания.
— Какой талант пропадает! — сокрушенно вздохнул Бракс. — Как рифмует!
Даже мне было жаль демона. Гакс Унфуфаду, рифмующий демон, был сражен контрзаклинанием моего учителя: он начинал чихать, как только произносил что-либо в рифму. Это практически сводило на нет его главное преимущество — демон мог становиться сильнее с каждой новой рифмой. И хотя прежде Гакс был нашим заклятым врагом, теперь мне было тягостно видеть, что от прежнего злобного величия осталась всего лишь тень, к тому же то и дело чихающая.
— Что это? — воскликнул Хьюберт. — Кажется, Гакс сдался?
— Жаль беднягу! — согласилась Эли. — Как говорится, остался с носом.
— Эй, Барышня, — подхватил Дракон, — а ведь это отличное начало для нового куплета!
— Ох ты! — загрохотало сверху. — Нет! Не до куплетов.
— Не до куплетов? — в унисон спросили удивленные артисты.
За моей спиной задрожала земля. Видимо, это Ричард поставил туда свою ногу.
— Нет, не до куплетов, — повторил великан. — Здесь происходит что-то странное.
— Ну что ж, — кротко сказал Хьюберт, — нет так нет. Ладно. В конце концов, остальные куплеты были похуже. Седьмая и пятнадцатая строфы, признаться, слишком многословны… — Он осекся. — Что-то странное?
Снаркс саркастически рассмеялся:
— Никогда не подозревал, что от великанов столько пользы!
Демон повернулся, чтобы еще раз взглянуть на поваленные деревья.