Единственное отличие — трубы далекого завода, вечно исходившие дымом на горизонте, теперь бездействовали. По дороге рядом со зданием мэрии шебуршали редкие машины. У кафе, видневшегося невдалеке, двери были нараспашку. И в него как раз сейчас заходили несколько фигур в точно таких же, как и у Вигалы, плащах цвета первой весенней зелени. Интересно, кто там теперь готовит на кухне и кто подает? Как-то мало вязались громилы эльфы с образом милых официанточек, облаченных в том кафе, как помнил Тимофей, в фартучки с оборками поверх почти что набедренных повязок. Которые сами официанточки по простоте сознания считали очень даже приличными мини-юбками…

Однако следовало предположить, что кто-то там и готовил и подавал. Если только само назначение кафе теперь не изменилось.

Тимофей шагал по коридору и размышлял. На Земле осень. Кто теперь будет собирать на полях все созревшее? Или волшебный народец займется и этим? Судя по тому, как весело тролли и кобольды покрывали асфальтом разбитые дороги, им и с окрестными полями управиться будет — да без проблем…

Исподволь складывалось не слишком приятное ощущение того, что эльфы не просто поселились на оставленной людьми планете. Но и приняли до какой-то степени образ жизни людей — со своими дополнениями, конечно. В мэрии сидит король эльфийский, в ресторанах празднует волшебный народ…

Проказник Бек довел их до самых дверей и махнул в сторону маленькой ручкой, негромко сказав что-то на ухо наклонившемуся Вигале. Последний кивнул и объявил своим спутникам:

— Никто не против обеда? Эскалибур сейчас будет отдыхать и потреблять подвезенную ему провизию. А после обеда вас развезут по квартирам. Переоденетесь, отдохнете. Можете даже поспать часов пять-шесть — если успеете пообедать в темпе вальса, конечно. Все за?

Против не был никто.

Они прошли мимо площадки, на которой полулежали два дракона — их багрово-черный Эскалибур и неизвестно чей голубовато-седой монстр. Перед Эскалибуром стоял эльф и высилась груда крупно порубленного мяса. Дракон, низко припав на передние лапы, с кошачьей грацией хватал куски с верха кучи и жевал их, при каждом укусе отворачивая голову в сторону.



17 из 262