Желтым конусом падал на стол свет из-под старенького маленького плафона бра. Вера сидела одна на кухне и невольно прислушивалась к незатейливой трели сверчков, каждое лето поселяющихся в лебеде под окном.

Скрипнула дверца холодильника. Вера повернула голову и увидела Андрея, склонившегося над кастрюлями и раздумывающего, что бы перекусить.

Взяв два яйца и пачку маргарина, он направился к плите, чтобы приготовить себе мини-ужин.

– Ешь щи! – остановила его Вера.

– Мне не до этого! – буркнул Щербаков.

– Что случилось?

– Ничего.

– Не ври. Я тебя вижу насквозь, и, если не заметил, научилась это делать довольно давно.

Андрей молчал, и это можно было расценивать, как знак согласия.

– Так что произошло? – настойчиво повторила свой вопрос Вера.

Она предполагала, что настроение мужа как-то связано с неприятностями на работе, но то, о чем он ей поведал, превзошло все ожидания.

– Потерял пистолет, – Щербаков поджал губы и выжидающе посмотрел на жену.

Вера сначала не находила в себе сил сказать что-то, потому что мысли с молниеносной скоростью проносились в ее сознании.

– К-как? – прошептала она.

– Не знаю, – сухо ответил Андрей.

– Дрянь! Ты хоть понимаешь, что это для нас значит? – уронив голову на стол завопила Вера.

– Лучше, чем ты думаешь, – как-то язвительно ответил Щербаков.

– Это все ты! Ты во всем виноват! Сколько раз я тебе говорила, что пьянка до добра не доведет! Ты о детях подумал? Что они жрать-то будут, когда папа останется без работы или – того хуже – в места не столь отдаленные отправится?!

– Ну убей меня, убей! – Андрей ударил себя кулаком в грудь. – Ты хоть понимаешь, что я сам себя сейчас ненавижу?! И что из этого? Удавиться? Тебе легче станет? Не думаю! Не выть надо, а действовать!