- Ульф, шест!

Названный вагар подхватил палку с медным наконечником и поспешил на корму. Команда "Ловца" оживилась. Три месяца - почти впустую, но Морская богиня женщина. А значит капризна. И вполне способна одарить именно в двойном переходе от дома.

О том, что "подарок" Богини для любого из них может обернуться смертью, вагары не думали.

Коль стравил трос с приманкой, закрепил его и, выпрямившись, стянул меховую куртку.

- Жара, - сказал он.

От шеи вниз кожа помощника кормчего была белая как молоко. На спине огромный шрам - неровное пятно шириной в две ладони. Хармшарк погладил.

Время шло. Бледное солнце Севера неподвижно висело над горами. Попутный ветер выгибал парус. Младший Олафсон раскачивался на мачте. Сторож Ульф время от времени бил шестом - отгонял от наживки мелких хищников. Мёльни держал кормило. Помощник Коль дремал, подставив солнцу тощий живот.

Мёльни положил руль правее: прямо по курсу поднялась из воды рыхлая спина льдины. Достаточно далеко, чтобы успеть уклониться, но кормчему вдруг стало неспокойно. Так бывает под землей, когда тело горы грозит шевельнуться и обрушить потолок тоннеля. Большеголовый Ульф зажал под мышкой шест и посмотрел на небо. Любой вагар чует близкую опасность. Иные не выжили в горных пещерах. Слепая беспечность хуже, чем ночная слепота. Но сейчас не каменный потолок над ними, а пустой небесный свод. Ни облаков, ни живой твари. Крыланы-рыболовы держатся поближе к берегу, а драконы предпочитают моря более теплые, чем Имирово.

Коль проснулся и поглядел назад, как раз когда зубан пристроился тяпнуть наживку.

- Ульф! - рявкнул он. - Что сопли жуешь?

Вагар поспешно перехватил шест и ткнул зубана в полосатый бок. Рыба метнулась в сторону, но осталась поблизости.

- Вот нахальная тварь, - пробормотал Ульф. - Коль, влепи в него болт.

- Угу, - усмехнулся помощник кормчего. - А жрать зубана ты будешь?

Ульф промолчал.