Бриггс и Гирч выбрались из автобуса и крадучись направились к экзотическому строению. Абалио видел: один постучал в дверь, другой - в окно. По-видимому, никто не отозвался. Тогда Бриггс сбил топориком висячий замок - и оба приятеля исчезли в темном четырехугольнике дверного проема.

Сидевшие внутри автобуса безмятежно дремали. Шофер курил. Должно быть, для них такие приключения в пути были привычными.

Гирч и Бриггс вернулись, нагруженные коробками и свертками, свалили добычу прямо на пол.

- Выпивки никакой. Опять ничего, кроме печенья и леденцов, пожаловался Гирч.

- И жвачки нет? - спросил шофер.

- За жвачкой можно сходить.

Уже втроем они еще раз отправились в лавку и притащили десяток коробок жвачки.

Снова задернули занавески. Заурчал мотор. Опять шофер взял с места излишне резко.

- Где это мы были? - поинтересовался Абалио.

- На нашей перевалочной базе, - откликнулся Бриггс. - Дежурный должен был нас встретить, но, видно, загулял. Он ведь живет здесь вольно, никто его не контролирует. Небось нашел себе какую-нибудь красотку... А мы вот его проучили. - И, чавкая жвачкой, принялся открывать банку леденцов.

В темноте Абалио не видел его лица. Впрочем, странная это была темнота: занавески на окнах автобуса освещались снаружи частыми ритмичными вспышками, будто он пронзал чередующиеся пояса света и тьмы.

Когда машина вновь затормозила, окончательно рассвело.

Шофер обессиленно уронил голову на руль. Бриггс начал энергично расталкивать спящих. Те потягивались и недовольно бурчали.

Следом за другими Абалио спрыгнул на землю - серую, пыльную, с кустиками чахлой травы. Но когда он поднял глаза, то замер, восхищенный чудесной картиной, расстилавшейся перед ним. На горизонте огромной глыбой синела гора. Из-за нее выглядывал полукруг яркого, будто расплавленного солнца. В небе, глубоком и просторном, гасли последние точки звезд.