- Но вам не удастся взять её с собой.

Услышав это, Жанна сильно вздрогнула. Так вот что ей предстояло! Ее сердце вдруг почти перестало биться. Вся дрожа, она уставилась на обоих мужчин.

- Ойли! В таком случае я остаюсь с вами, - отвечал Робертс.

- Ваше присутствие здесь нежелательно.

- Ха! Все равно а не отстану.

"Пока это только игра словами", - подумала Жанна. В Робертсе она почувствовала свирепую решимость пойти навстречу неминуемой гибели. А голос Келса? Что таилось в нем? Он был все такой же ровный, непринужденный и любезный.

- Я не думал, что вы так неразумны, Робертс, - сказал он.

Роберте молчал.

- Отправляйтесь домой! Болтайте или молчите, как вам будет угодно, продолжал Келс. - Когда-то в Калифорнии вы оказали мне услугу. Подобных вещей я никогда не забываю. Образумьтесь и исчезайте.

- Только с девушкой, иначе... - заявил Роберте, и руки его странно задергались, задрожали.

От Жанны не ускользнуло особенное напряжение бледно-голубых глаз, наблюдавших за лицом, взглядом и руками Робертса.

- Стоит ли нам бороться? - спросил Келс и холодно рассмеялся. - Ей это не поможет... Вам-то уж должно быть заранее известно, чем может кончиться дело.

- Келс, пусть я подохну, но девушка не останется в ваших лапах! страстно воскликнул Робертс. - Я же вовсе не собираюсь торчать здесь и спорить с вами. Пустите её ко мне или...

- Вы не кажетесь мне дураком, - прервал его Келс, и голос его звучал ещё мягче, урезонивающе и холоднее. Какая-то особенная сила и уверенность скрывалась в нем.

- Я не любитель разговаривать с глупцами. Используйте возможность, которую я вам предлагаю. Уезжайте! Жизнь дорога, голубчик... Вы ничего не выиграете здесь. И, кроме того, что за важность, одной девушкой больше или меньше?

- Келс, пусть я дурак, но я мужчина, - ответил Робертс. - Вы же какой-то дьявол, а не человек. Это я узнал ещё там, на золотых россыпях. Вы вот так способны произносить сладкие, приятные слова, без малейшего понятия о мужском долге... Пустите девушку ко мне или я буду стрелять!