— И откуда вам это стало известно?

— От наших, — Нимли замялся, — торговцев.

Он хотел сказать шпионов. Но это не мое дело, узнали и ладно.

— И?

— У нас нет армии.

— И? — повторил я.

— Совет старейшин решил нанять наемников. В Абудаге.

Понятно. Теперь ясно о чем они спорили.

— Насколько я понимаю, набег должен начаться несколько раньше, чем вы ожидали?

— Да. Мы не успеем добраться до Абудага, собрать там отряд и вернуться назад. К этому времени уже некого будет защищать.

— Сочувствую. Но что вы хотите от меня?

Гномы замялись, переглянулись. Говорить начал Раста.

— Нам нужен совет опытного человека. Опытного в военном деле.

Я рассмеялся. Я не люблю войну. Однажды мне пришлось, оказавшись на северном рубеже империи, в течение полугода участвовать в ополчении. Но как только установился порядок — точнее на земли северной провинции пришел регулярный имперский легион, я без сожаления оставил эту службу.

— Вы обратились не по адресу, почтеннейшие. Война — это не ко мне.

— Но Вы же, милсдарь…, — гномы многозначительно посмотрели на шишки на лбах друг друга.

— Это всего лишь говорит о вашей нерасторопности, а вовсе не о моем искусстве.

— Позвольте взглянуть на Ваш меч, милсдарь? — Гримми, молчавший до сих пор, принял участие в разговоре.

Предложение не из тех, на которые соглашаются с охотой. Но гномы не были опасны, я это чувствовал совершенно определенно. Растеряны, озадачены, но никак не опасны. К тому же я и без меча могу за себя постоять. Вытащив меч, я протянул его Гримми.

— Персональный заказ, — Гримми со знанием дела рассматривал меч, — а железо не очень.

Меч действительно был сделан по персональному заказу. Был он более легким, чем было принято, длиннее привычного одноручного меча имперских солдат, но короче двуручника. Если бы было возможно, я сделал бы его еще более легким. Но железо, здесь гном прав, оставляло желать лучшего. Хорошую сталь плавили только они — гномы, и то далеко не везде.