— Ах ты моя пушка, — зарядил осколочным и поцеловав орудие, воскликнул Николай, — пушка — «полковушка».

— Так, следующий ты, — пробормотал Сиротинин, выцеливая бронетранспортер, пулемёт которого проредил прибрежные кусты ивы и теперь грозил командиру.

Выстрел, и пылающий бронетранспортер ткнулся в перегородивший проезд на мост подбитый танк.

— Хороша пробка получилась! — Сержант уже загнал в казенник бронебойный.

Бабах!

Взрыв встал примерно там, где сидел лейтенант. Немцы обстреливали подозрительные места, где, по их мнению, должны сидеть корректировщики. Сиротинин дернулся было сбегать к командиру, но сначала выстрелил в танк, что находился в середине моста, добавив ещё один костер из железа.

«Чтоб пробку туже забить» — Злорадно подумал Николай.

— Товарищ командир! — Крикнул он, доставая бронебойный, и косясь в сторону кустов у дороги.

— Ничего, сержант. Живой я, — отозвался лейтенант, — ты молодец, крути дырку под орден!

И тут же заорал в трубку:

— Левей три, ориентир…

Два танка съехали с дороги и направились к берегу, намереваясь форсировать речку. Одновременно съехав со склона, сразу увязли в топких берегах. Теперь водили башнями, раздвигая стволами камыши.

— Придурки, — прокомментировал Николай, крутя ручку вертикальной наводки. Ствол опустился почти до упора, но силуэты застрявших танков не совсем попадали в нижнюю прицельную линию, только чуть, краем.

— Хватит и этого, — решительно нажал спуск сержант. Справа от моста добавился ещё один дым, а Николай, зарядив, поворачивал ствол влево. Танк, буксуя, все глубже погружался в грязь, но башней вертел и поливал из пулемёта противоположный берег. Затем остановил ствол.

— На кусты навел, — понял Николай, — там же командир!

Выстрелы слились. Танк задымил, а у кустов, где сидел лейтенант, вспух разрыв.

Сержант кинулся туда. Рядом с развороченными взрывом кустами лежал командир.