«Откуда вы знаете?!»

Женщина улыбнулась: «Какой же ребенок любит манную кашу?»

«Вы правы, у меня была такая игрушка. Собственно, я почему сразу не догадался? — я же никогда не называл его игрушкой. Он был чем-то большим, нежели просто вещь».

«Что это было?»

«Лева. Маленький голубоглазый львенок. Вы угадали, я на самом деле ложился с ним в кровать — (честно говоря, даже не мог заснуть без него, когда однажды Лева порвался, и мать взяла его, чтобы зашить). …Его звали Лева».

«Ведь правда, он был почти как человек?»

«Правда», — я потянулся за сигаретами. Эта женщина заставила меня вспомнить такое дремучее прошлое… Но, по правде говоря, я обрадовался этим воспоминаниям.

«Он был словно ваш маленький брат», — сказала она. «Ваша маленькая копия, я права?»

«Вы психолог?»

Женщина грустно улыбнулась: «Когда работаешь на фабрике мягких игрушек, поневоле начинаешь разбираться в подобных вещах. Видите ли, у вас, как и у тысячи тысяч других людей, в детстве был вот такой плюшевый братец. И вы росли вместе с ним — до определенного момента, а потом оказалось, что он уже не может рости дальше, и вы распростились. Он остался в Детстве, а вы ушли в Отрочество, если так можно выразиться. То же самое, по сути, происходит, с каждым ребенком. А знаете, почему?»

Я совершенно честно ответил, что не знаю.

«Потому что каждому ребенку нужен такой вот игрушечный друг. В маленьком человеке слишком много того, что сейчас принято называть энергией: мысли, чувства, эмоции, побуждения, смех, слезы, удивление… Боже мой, всего и не перечислить! А родители всегда заняты, они на работе; а бабушки с дедушками в нынешние времена редко нянчатся с внуками — им тоже приходится зарабатывать на жизнь. И все, что возникает в ребенке и должно выплеснуться, выплескивается на Любимую Игрушку. Да-да, именно с большой буквы.