– Надеюсь, ты не думаешь это проверять? – мрачно произнес Снаут.

Да, славная проблема: возможно ли функционирование сознания без носителя?.. Существует ли бытие души вне и без бытия тела? Или все-таки не моя психическая сущность находилась в созданном океаном по моим же воспоминаниям виртуальном мире, а этот мир находился во мне?

У меня сейчас не было никакого желания ломать над этим голову. Тут начинались дебри… Я не был специалистом по оккультным наукам… но кто знает, как могут измениться наши воззрения, если Контакт будет продолжаться?

И почему исчез этот виртуальний мир, где я вновь был с Хари? Где была Хари… Из-за шок-уколов, с помощью которых Снаут пытался вырвать меня из мира навеянных океаном грез?

Я почти наверняка знал, что дело в другом. Этот невероятно могущественный гигант, распростершийся внизу, под днищем Станции, словно в зеркале отразил то, что я считал самым важным для себя. Там, в том мире, я постоянно думал о нем, в первую очередь – именно о нем, и только потом – обо всем остальном… О Хари… Он показал мне меня, он проник в мою подлинную суть… Нет! Нет! Он исказил мою суть, потому что, конечно же, совсем другое было для меня главным.

Хари… Только Хари…

«Это действительно так?» – спросил я себя. И не дал себе ответа.

– Значит, тебе все-таки удалось, – медленно сказал Снаут. – Хоть на время, но удалось… Что ты думаешь делать дальше, Кельвин?

Повторить?

– Не знаю. Мне нужно немного отдышаться.

Снаут долго смотрел на меня, потом опустил глаза и, по-прежнему не расцепляя пальцы, глухо проговорил:

– Тебе не кажется, что нам нужно убираться отсюда? Вернуться на Землю и навсегда позабыть обо всем этом, – он обвел взглядом комнату. – Ведь возможно же частичное стирание памяти? Без утраты профессиональных навыков. Выборочное. Проделывают у нас такое? А, Кельвин?

– Нет, – ответил я, чувствуя, как что-то обрывается у меня внутри. – Я не собираюсь возвращаться на Землю и стирать память. Что тогда у меня останется?