Рассказ произвёл впечатление, и Гонкур вновь ощутил себя в центре внимания.

— Господин Гонкур, как же вы решились войти в пустую баню? — спросила брюнетка, расширяя глаза.

Молодой человек не успел ответить, потому что его опередил Вандесарос.

— А он, Рената, рассудил, что призрак не может играть на гитаре, ибо не обладает плотью, — разъяснил старик и добавил, бросив испепеляющий взгляд на сестру и госпожу Васар. — В самом деле, не может ведь столетиями существовать какой-то Чёрный кавалер, выходить из портрета, играть на гитаре да ещё творить всякие пакости.

Гонкур понял, что Чёрный кавалер — скорее всего, призрак, в которого верят старые дамы, и спор о нём ведётся постоянно, то затихая, то возрастая до военных действий. Колкость старика Вандесароса была неприятна госпоже Кенидес, а госпожа Васар, слушавшая историю с интересом и даже с уважительным удивлением посмотревшая на молодого археолога, теперь резко переменила своё мнение и об истории и о её герое и выглядела рассерженной и непреклонной.

— Брат, ты не прав, — строго возразила госпожа Кенидес, которая, по-видимому, не считала себя вправе промолчать, когда говорились такие кощунственные вещи, но старалась сдерживаться, чтобы дело не дошло до ссоры и у гостей не осталось неприятного впечатления от её дома. — История нашего рода подтверждает существование Чёрного кавалера, и спорить с этим безрассудно.

— А что это за Чёрный кавалер? — не выдержал Гонкур.

Витас дёрнулся вперёд всем телом, и было совершенно очевидно, что, если бы они были одни, мальчик сразу же разъяснил, какой феномен скрывается за этим именем, и любопытство молодого человека было бы тотчас удовлетворено, однако приходилось считаться с присутствием тонных старых дам.

— Разве брат вам ничего о нём не рассказывал? — удивилась госпожа Кенидес, а госпожа Васар с таким выражением обвела глазами двух археологов, словно умолчание о таком явлении, как Чёрный кавалер, было необъяснимой и почти преступной странностью.