Ухмылка Лемминкяйнена стала шире.

– Ну что, еще по одной?

На сей раз у него вышло даже лучше – короткая арбалетная стрела ударила в самую середину кола, на какой-то дюйм выше сучка. Но и стрела Бельфебы буквально через секунду уже подрагивала на том же расстоянии от цели – только ниже.

Лемминкяйнен выпустил еще одну стрелу и тут же обрадовано заорал:

– На сей раз тебе меня не превзойти!

Похоже, он был прав – его стрела угодила аккурат в центр сучка.

Бельфеба сосредоточенно нахмурилась. Она натянула тетиву, пару секунд подержала ее натянутой, затем опустила лук, вновь подняла его и тут же выпустила стрелу – одним-единственным движением. Стрела воткнулась в сучок вплотную к стреле Лемминкяйнена.

– Похоже, вы оба знаете свое дело... – проговорил Ши. – Эй, а не попробовать ли вам по-другому?

С этими словами он указал на большую ворону, которая пролетала над лугом, хлопая крыльями и хрипло каркая.

Лемминкяйнен резко вздернул самострел и выстрелил. Стрела со свистом взмыла вверх и, казалось, попала точно в птицу. Вниз плавно опустилась пара черных перьев, но ворона, лишь качнувшись на лету, продолжала свой полет.

Едва только она выровнялась, как в воздухе пропела одна из стрел Бельфебы, которая с глухим шлепком угодила точно в цель. Ворона начала беспорядочно падать. В ее сторону одна за другой унеслись еще три стрелы. Мимо пролетела лишь одна, так что несчастная птица шлепнулась на землю, пробитая сразу тремя перекрещенными в разных направлениях стрелами.

Лемминкяйнен застыл с разинутым ртом. По толпе рабов, собравшихся вокруг, пробежал приглушенный ропот.

– А теперь, сударь, желаю я получить назад мои стрелы, – невозмутимо заметила Бельфеба.

Лемминкяйнен махнул рукой рабам, чтоб они занялись этой задачей. Потом он расцвел и постучал себя в грудь.