Он вымыл руки и вышел вслед за Суриком.
Сурик неожиданно стал холодным и далеким. Юбера охватило тревожное предчувствие, но он старался не показывать своего беспокойства.
Сурик натянуто улыбнулся:
– Дальше вы пойдете один, доктор Менцель. Раздался звонок, и сопровождающий сделал знак Юберу. Отступать было некуда.
Он последовал за охранником в большой кабинет, где его поприветствовал мужчина в штатском, высокий и широкоплечий, с бычьей головой и злым взглядом. В углу кабинета стояли двое вооруженных военных, с нацеленными на Юбера автоматами. Он понял, что дело плохо. Неужели это конец?
У типа в штатском был громкий и хриплый голос:
– Я старший политрук Борис Черкесов. Доктор Стефан Менцель, вы арестованы по обвинению в умышленном убийстве вашего соотечественника фон Крейсслера...
Юбер с облегчением вздохнул. Ах, вот в чем дело...
5
Большая застекленная дверь распахнулась, чтобы пропустить каталку, на которой лежала еще не проснувшаяся Эстер Ламм.
Бетти Вуд, медсестра, вытолкнула каталку из лифта и покатила в палату пациентки.
Гарри, санитар, ждал ее в палате, чтобы переложить Эстер Ламм на кровать.
Гарри приподнял простыню, прикрывавшую лицо больной, и присвистнул:
– Очень хорошенькая.
Он вспомнил о присутствии Бетти и тут же добавил:
– Но ты лучше.
Он обхватил ее за талию и попытался поцеловать. Она резко высвободилась:
– Ты совсем рехнулся, Гарри. Схлопочешь у меня...
Гарри стал укладывать шины, чтобы переложить больную на кровать.
– Как прошла операция? Шеф доволен?
Помогая ему, Бетти твердо сказала:
– Прекрасно! Патрон в восторге. Видел бы ты его с большим резцом в руках. Даже искры сверкали... Правда, он, может быть, старался из-за репортера, находившегося там...