О том, чем обернулась затея друга, Кейв предпочел не задумываться…

Ему спутники не нужны. Кроме удачи, конечно…

Свет фонаря колебался в такт шагам, изредка отражаясь в мелких застойных лужицах.

Правая рука свободно скользила по влажноватой холодной поверхности каменных стен.

Волосы на затылке шевельнулись от чужого дыхания… Легкого, практически неощутимого, но напряженный, как взведенный курок, Кейв мгновенно обернулся.

И застыл, медленно поднимая фонарь повыше.

Никого…

Только справа темнеет проход.

Кейв мог поклясться: только что его не было.

И сворачивать туда очень не хотелось…

Но "правило" Лексы не допускало вольного трактования, ибо требовало постоянно касаться стены одной рукой, неуклонно следуя всем поворотам.

Долгий протяжный вздох настиг его, едва он вошел в боковой проем. Следующий вздох закончился мучительным стоном. Услышав его, Кейв плотнее стиснул зубы, которые начали предательски постукивать. С трудом сдерживая панический крик, рвущийся из груди, он ускорил шаг.

Потом ещё…

А через несколько беспорядочных ударов сердца он бежал во весь дух.

Не отрывая руки от камня.

Когда перехватило дыхание, Кейв остановился, дрожащими руками нащупал флягу с водой, смочил горящее огнем горло и только сейчас сообразил, что оказался в полной темноте. Где и когда он выронил фонарь, теперь уже не припомнить. Возвращаться в поисках его туда, где так стонет неведомая тварь, Кейва не заставить под страхом казни. Значит, дальше он пойдет на ощупь — касаясь стены. Знать бы ещё, куда его выведет…

Теперь Кейв плелся, едва переставляя ноги, вслушиваясь в тишину, давящую на уши. Но не улавливал ни единого постороннего звука, кроме шороха своих осторожных крадущихся шагов.