— Что случилось, милорд? — спросил жрец.

— В чем дело, отец? — вторил ему сын герцога.

— Всем покинуть помещение! — скомандовал Конрад Третий, а когда стража, и все же вызваный придворный лекарь, покинули опочивальню, сел на свое ложе и усталым голосом сказал: — Садитесь, у нас есть полчаса, и я должен поведать вам многое.

Жрец и сын герцога расположились в креслах, стоящих у стены, и Конрад начал свой рассказ:

— Это случилось еще до твоего рождения, — герцог взглянул на сына. — После того как бордзу получили отпор в Фергоне, они собрали все свои силы в кулак и рванулись на Вольные Герцогства. Первым пал Ангрил, вторым Перенгар, третьими на очереди были мы. Бордзу были сильными и суровыми бойцами, и огромная их орда, смела бы нас с доски истории как пушинку. Единственные кто им мог дать отпор, так это дромы, и я просил кагана Бравлина оказать нам помощь, и он не отказал. Войска каганата Дромов пришли к нам на помощь и бордзу были истреблены, отступили в пустыню, из которой вышли в мир, и с тех пор не появлялись в наших пределах. Прошло время, в каганате воцарились рахдоны, а я, следуя своей клятве, оказал посильную помощь дромским беженцам. А потом родился ты — мой первенец, и предательством, рахдоны смогли захватить твою мать с тобой вместе в заложники. Их требование было одно — выдача всех дромских воинов, в обмен ваших жизней. Что мне оставалось делать? Я стал предателем.

Герцог сильно закашлялся, справился с собой и смог продолжить рассказ:

— Мне было страшно и даже когда вас вернули, то и тогда я боялся, и считал, что именно дромы-беженцы, могут навлечь несчастье на наш народ и мою семью. Это сейчас, я понимаю что был неправ, но тогда, я принял жесткое решение, и все беженцы были выгнаны за пределы моего герцогства.