Конечно же, их тут же захватили рахдоны и принесли в жертву своему богу. Остались только малолетние дети гвардейцев и, хотя, я не решился выбросить их на улицу, но я поступил еще хуже — забыл про них, а когда прошла зима, и я пришел в ужас от того, что натворил, менять что-либо было поздно. Дромы погибли, а из детей гвардейцев, мало кто пережил первую зиму. Потом была война с рахдонами и мое войско два раза было разбито наголову, а я посчитал, что искупил свою вину кровью. Однако, это не так и пришел мой час.

— Милорд, — голос жреца был спокоен. — Вы в полном здравии, с чего вы решили, что умираете?

— За мной приходил посланец богов и время мое на исходе, а потому, слушайте внимательно. Именно вы должны уберечь наш народ от беды, а она неминуема, и сейчас, находясь при смерти, я вижу это очень отчетливо. Вся золотая казна, которая осталось от дромов, хранится в подвале моего замка, в тайнике под статуей Белгора — в старом святилище. Но не это важно, а дети дромов. Не смейте вмешиваться в их судьбу, никак, и только внимательно следите за ними. Они пойдут по жизни разными путями, а вы, следуйте за ними, и кто-то из них, пойдет дорогой сопротивления рахдонам. Этим нужна будет помощь и вы ее окажете. И возможно, тогда, этим будет искуплено мое позорное предательство и клятвопреступление, а проклятие будет снято с нашего народа.

— Мы все сделаем, отец, — запальчиво вскрикнул наследник герцога.

— Да, будет так, — вторил ему жрец.

Конрад Третий встал и подошел к окну, над Штангордом занимался рассвет. Он хотел сказать еще многое своему сыну, о многом поведать, но набрав в легкие воздуха, не смог его выдохнуть. Сначала, он побледнел, потом его лицо налилось кровью, герцог рванул ворот ночной рубашки и замертво рухнул на пол.

— Врача сюда, быстрей! — кричал его сын, но он этого уже не слышал.

Верховный жрец Белгора встал над правителем, произнес короткую молитву и удалился. Герцог умер, но есть его смена, жизнь продолжается, а заботы духовного проводника целого народа, в мрачном царстве земного бытия, с него никто не снимал. С погребением герцога справятся и без него, а он, должен озаботиться последней волей умершего, попытаться что-то сделать для спасения Штангорда и его жителей. Боги большие шутники, любят поиграть людьми, и если сказано их посланцем, что спасение герцогства возможно, то надо попробовать.