- Ты не любишь женщин, - спокойно сказала девушка, будто просто констатируя факт, а не бросая вызов. - Но все в мире временно - не только девственность и доверие. Зачем жадничать? "Обладание" богатством столь же иллюзорно, как "обладание" честью или женщиной, а доставляет намного меньше удовольствия. Лучше тратить, чем копить.

- Но ведь есть и иной подход, - возразил Саймон, зажигая дурманящую палочку. Он был невольно заинтригован. Гедонизм являлся самой распространенной философией в цивилизованной галактике, но было пикантно слышать, как гулящая девица щеголяет избитыми клише с такой серьезностью. - Иначе мы не смогли бы отличить добро от зла, и плевали бы на все.

- Ты любишь мальчиков?

- Нет, это не в моем вкусе. А, ты хочешь сказать, что я не осуждаю любителей мальчиков, и что ценности, в конечном итоге, вопрос вкуса? Я так не считаю. Сочувствие постепенно проникает в нравы.

- Значит, ты не станешь совращать детей, а пытки вызывают в тебе протест. Но это твой взгляд. Некоторые мужчины не столь ограничены в подобных ситуациях. Я очень часто встречаю таких. - Рука, держащая бусы, сделала еле заметный непроизвольный жест отвращения.

- Я думаю, что ограничены _о_н_и_, а не я - большинство планет рано или поздно отправляют на виселицу своих моральных имбецилов. Но как насчет предательства? Ты не ответила на этот вопрос.

- У меня в глотке пересохло... спасибо. Предательство, ну - это искусство; но опять же, вопрос вкуса или предпочтения. Все решает стиль; поэтому мой сводный брат ни на что не годится. Если бы вкусы изменились, он процветал бы, как и я, родись я с синими волосами.

- Ты можешь покраситься.

- Что, как Почтенные? - она рассмеялась, коротко, но непосредственно. - Я то, что я есть; маска не станет мной. Мастерство, да - это другое дело. Я продемонстрирую тебе, когда захочешь. Но никаких масок.