Итак, объект расследования назывался «Поиск Талантов». У «Поиска Талантов» не было никаких видимых целей, кроме поиска талантливых сирот, не было никаких видимых связей с другими организациями и, кажется, даже штата сотрудников. «Поиск Талантов» был создан Фондом Мортемейна - некоммерческой организацией, впервые всплывшей на поверхность в качестве юридического лица 12 июня 1996 года, когда Фонд приобрел Эмпайр Стейт Билдинг. После этой покупки Фонд не отличался особой активностью; Триккер сумел раскопать лишь около дюжины вежливых, но непреклонных отказов сдать в аренду помещения Эмпайр Стейт Совету по туризму при федеральном правительстве. Все помещения в небоскребе, которые не занимал сам Фонд, были сданы компаниям, находящимся в зависимости от Мортемейновского Фонда, или лицам, работающим на Фонд. Причем создавалось впечатление, что единственной целью всех этих субъектов было занимать на бумаге свободные помещения знаменитого здания. В остальном они как бы и не существовали.

Все это выглядело чрезвычайно подозрительно, и то дополнительное обстоятельство, что Фонд собрал у себя группу исключительно одаренных сирот, укрепило генерала Триккера в намерении покопаться в этом деле более основательно. А для чего иначе существует Армейская Служба Безопасности?

Он просмотрел досье военнослужащих, находящихся в Новом Нью-Йорке со своими подопечными, и остановился на кандидатуре Гриста. Ведь именно Грист почувствовал ту трудно ощутимую зловредность, которая исходит от любого шпиона, как ни маскируй ее косметикой обычаев и формальностей.

Триккер распорядился, чтобы секретарь сообщил Гристу о его новых обязанностях, а затем, поколебавшись немного, позвонил в министерство юстиции и попросил внести Фонд Мортемейна в список объектов, чья деятельность расследуется Армейской Службой Безопасности. Делать это было необязательно, но Триккер, по возможности, старался соблюдать формальности.

Когда последняя мелочь была улажена, у Триккера появилось приятное убеждение, что он не зря потратил время. Подобное ощущение сродни сытости после хорошего обеда, хотя на часах было всего лишь четыре часа. Домой его ждали к пяти, и, значит, оставался еще целый час свободного времени. Вполне достаточно, чтобы подышать свежим воздухом. Уже несколько недель он не выходил на поверхность.