Через двадцать минут он, переодетый в штатское, прошел через последний воздушный шлюз и оказался в саду Пентагона. Моросило, и это тоже порадовало его: он уже три года не гулял под дождем. Генерал зашел в беседку, где его никто не мог увидеть, и снял шляпу.

Жизнь порой бывает так прекрасна!

Чтобы попасть на сто второй этаж, надо сначала подняться на скоростном лифте, идущем до восьмидесятого. Во время подъема на этом лифте даже закладывает уши. Затем посетитель должен войти в один из четырех лифтов, курсирующих между восьмидесятым и восемьдесят шестым, - именно тут проверяют и отбирают билеты. Но сегодня смотровая площадка была в полном и безраздельном владении детей. С восемьдесят шестого на сто второй этаж ходил только один лифт, причем он управлялся лифтером. Дети сразу заподозрили, что это тоже робот.

За один раз подняться на сто второй этаж могли только двадцать детей. Остальные остались на нижней смотровой площадке.

«Я был на сто втором в самый первый день,- сообщил товарищам Брюс Бёртон. - Ничего особенного там нет».

Разглядывая запечатлевшийся в памяти Бёртона вид города со сто второго этажа, остальные тоже не могли увидеть в нем ничего особенного. Куда интереснее было смотреть сейчас.

Видимость сегодня была отличная, хотя дул довольно сильный ветер. Простор, открывающийся с высоты, сильно возбуждает дух, способный охватить и вобрать в себя все то, что он видит. Растущие в гигантских резервуарах деревья, чьи кроны обычно нависали над головой, сейчас беспомощно пластались внизу, и вся громадность города, насмехающаяся обычно над крошечным человечком, в эту минуту казалась близкой и доступной.