Из крохотного отверстия над экраном раздаётся негромкий голос:

– Во имя жизни!

– Во имя жизни! – отвечает сидящий в кресле. – Я давно жду!

– Только что раскодированы записи со всех тысячи ста восьмидесяти шести сторожей верхних слоёв.

– Зачем ты вызвал меня?

– К сожалению…

– Метеорит?

– К сожалению, хуже. Много хуже!

– Говори!

– В самый момент выхода…

– Погибла жизнь?

– К счастью, нет. Но несомненно искусственное происхождение…

– Тогда не вижу несчастья! Наоборот!

– Оно погибло! Восемнадцать ближайших к месту встречи сторожей верхних слоёв успели заметить и зафиксировать…

– Скорость? Время?

– Две с половиной секади и немного больше двадцати четырех арэ. Несущественно.

– Если так, сторожа верхних слоёв должны были успеть зафиксировать не только наружное, но и внутреннее. Две с половиной секади! Это для них очень много.

– Они это сделали.

– Степень совершенства определена?

– Между пятнадцатью и шестнадцатью.

– Так низко! – В голосе разочарование и грусть. – Опять и опять – так низко! Будет ли наконец удача! Или мы обречены на поиски того, что не существует? Где снимки?

– Будут доставлены вам после полной расшифровки объекта.

– Но что-нибудь уже известно?

– Автоматика. Простейшая система связи на электромагнитных волнах. Реактивное движение. В момент гибели не было – инерция. На нескольких деталях внутренних механизмов отчётливо видна совершенно одинаковая надпись. Вот её снимок.

На экране появляется строчка из двух слов. Сидящий у пульта молча рассматривает её несколько секунд.

– Странно! Неужели это буквы? Буквенная письменность! По-моему, это уже не шестнадцатая степень, а много ниже, порядка двадцатой.