— Осторожнее, приятель! — разозлился Новак. — А то вылетишь в окно, и полиция рук не приложит!

Сирота захохотал, внезапно смолк и схватил себя за нос.

— Бросайте трупы в окно! — гнусаво сказал он и стал яростно чесаться. — Я мертвец, — он прикурил сигарету и тут же затушил ее в чашке с остатками кофе. — Такой же, как ты, — ощерился. — Не веришь? Зря. Я просто расскажу, как мы попали в тот городок, кто такая Барбара и зачем программист Кристофер Андерсон по прозвищу Сирота, — он пьяно поклонился, — ходил на виллу. Помнишь виллу? Я ведь знаю… Я все знаю… это меня и беспокоит… — он пососал из бокала. — Сволочи, они же танками!.. А Сирота жив! Тот стервец сгорел, Барбара… дура, зачем она папку взяла?.. А тут Иуда!.. И в полицию! Ха-ха!

— Говори толком! — взорвался Новак. Несмотря на выпитое, он понимал, что все это неспроста.

— Слава цивилизаторам! — заорал Сирота и тихо добавил: — Шизуха косит наши ряды… — он долго смотрел в окно маленькими покрасневшими глазами, потом повернулся к Новаку. — Если бы я мог, кричал бы об этом на каждом углу. Они тогда бы всю страну выхолостили, что им какой-то Сирота…

— Кто — они? — спросил Новак.

— Кто? — беспомощно, но со злой усмешкой переспросил Сирота. — Все вы… цивилизованное стойбище! Но тебе расскажу: должен же Иуда получить свою плату! 

13. 

Сирота рассказывал долго. А перед тем, как ложиться спать, просил закрыть окно. Новак обругал его и, не раздеваясь, завалился на тахту. Сирота же все мотался по комнатам, гасил и включал свет, двигал столом, ронял бутылки, хлопал фрамугой окна и что-то бубнил. Потом надолго закрылся в ванной. То ли во сне, то ли сквозь сон, Новаку показалось, что в комнате вдруг появилось много народа и все устроили веселую возню при фиолетовых вспышках, а когда он указал им на дверь — дружно высыпали в окно. После этого уже никто не ронял бутылок…