– О них… Может быть, кто-то встречал в округе таких людей?
– Нет… Не припомню…
Вместе с тропинкой они обогнули дом, вышли к завалившемуся на бок двору, что когда-то был пристроен к задней стене избы. В узком промежутке между кривыми стенами разглядели черный проем двери, больше похожий на пещерный лаз.
Тропка вела туда.
Эрл, вздохнув, посмотрел на солнце. Гиз, обернувшись, глянул на Эрла, усмехнулся. Приободрил спутника:
– Не трусь! Я чувствую – там нет ничего живого.
– Этого я и боюсь, – тихо отозвался Эрл.
У Гиза под сапогом что-то хрустнуло. Охотник резко остановился, шагнул в сторону, присел на корточки, развел руками траву, склонился к самой земле.
– Что там? – не выдержал Эрл.
– Ничего особенного… – Гиз выглядел озабоченным. – Всего лишь крысы… Три дохлые, высохшие крысы…
8
Они крадучись вошли в заброшенный дом.
Гиз шел первый. Он так и не обнажил меч, просто одной рукой придерживал ножны, а пальцами другой легко касался костяного набалдашника рукояти.
Следом за охотником, задыхаясь от страха, тащился Эрл. Он подобрал с земли узкий обломок доски с тремя ржавыми гвоздями, торчащими в разные стороны. Оружие никудышное, даже против человека, не говоря уж о мертвяке. Но все же с палкой в руке Эрл чувствовал себя чуть уверенней.
В доме было не так темно, как они ожидали. Узкие клинки света пронзали дырявую крышу и потолок. На грязном полу возле заколоченных окон в ярких желтых пятнах танцевали бессчетные пылинки. Сияющим серебром колыхались в углах густые паучьи тенета. Сверкали острыми гранями осколки стекла.
Но здесь же, рядом со светом, таился в закоулках густой мрак.
Было тихо и холодно.
– Что мы здесь ищем? – шепнул Эрл.
– Просто осматриваемся, – отозвался Гиз.
Небольшая узкая комната, в которой они оказались, перешагнув порог, была завалена всевозможным хламом. Кучи ветхого тряпья, ржавое железо, сломанная прялка, тележное колесо, треснувший хомут, рассыпавшийся стул – словно кто-то специально стащил сюда все это барахло, чтобы затруднить путь незваным гостям.