– Не знаю. Может быть и 80.

– А я знаю прекрасно! В тридцать лет он был композитором. В пятьдесят работал, как инженер, на стройке солнечных станций в Туркестане. А когда я посещал медицинский, ему было в то время лет шестьдесят.

– Кажется, - сказала Майя, - он нашел себя, именно, здесь.

– Еще бы! Но, видишь ли, мне пришла мысль, что он выглядит так хорошо лишь потому, что никогда не смеется.

– Да, он выглядит прекрасно! - согласилась Майя. - Однако тебе необходимо, по его предписанию, подняться наверх.

– С удовольствием, если ты поможешь мне!

Опираясь на плечо Майи, он вошел в лифт.

– Я забыл спросить: какой это город?

– Магнитогорск!

– Значит катастрофа произошла здесь, на Урале?

– Да!

– Позволь. Насколько мне известно, Бойко - профессор Ленинградского института. Как же…

– Он прибыл сюда по поручению Республики.

– Значит я был очень слаб, если меня не решились отправить в Ленинград?

– В тот день над Республикой пронеслась магнитная буря и мы… просто не хотели рисковать; тем более, что первый осмотр подавал надежду на твое выздоровление.

– В таком случае… - произнес Павел.

Но в это время лифт уже остановился. Опираясь на плечо девушки, Павел сделал несколько шагов. Свежий, прохладный' воздух ударил ему в лицо. Он остановился, почувствовав легкое головокружение, и с любопытством посмотрел по сторонам.

Был вечер.

От голубого света неоновых ламп розовый мрамор балюстрады казался синим. Тихо качались широкие листья каких-то незнакомых растений.

Павел прошел к шезлонгу, стоящему около огромной вазы с орхидеями, опустившими белые пышные звезды в фиолетовый разлив вечера.

Снизу доносился шум огромного города. Кругом сияли огни, ярко сверкавшие в темноте ночи; трепетно дрожали гигантские световые полотна телеаппаратов, и пыльные глаза летящих авто и такси плыли в буре света, который бушевал внизу, убегая в освещенный голубыми огнями горизонт.